Международный теоретический и общественно-политический журнал "Марксизм и современность" Официальный сайт

  
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход Официальный сайт.

 Международный теоретический
и общественно-политический
журнал
СКУ

Зарегистринрован
в Госкомпечати Украины 30.11.1994,
регистрационное
свидетельство КВ № 1089

                  

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!



Вы вошли как Гость | Группа "Гости" | RSS
Меню сайта
Рубрики журнала
Номера журналов
Наш опрос
Ваше отношение к марксизму
Всего ответов: 447
Объявления
[02.09.2015][Информация]
Вышел из печати новый номер 1-2 (53-54) журнала "Марксизм и современность" за 2014-2015 гг (0)
[09.06.2013][Информация]
Восстание – есть правда! (1)
[03.06.2012][Информация]
В архив сайта загружены все недостающие номера журнала. (0)
[27.03.2012][Информация]
Прошла акция солидарности с рабочими Казахстана (0)
[27.03.2012][Информация]
Печальна весть: ушел из жизни Владимир Глебович Кузьмин. (2)
[04.03.2012][Информация]
встреча комсомольских организаций бывших социалистических стран (0)
Наш видеолекторий

 




 


Темы

Социальная философия

Революция и контрреволюция

Наша история

Вопросы экономики социализма.

Оппортунизм

Религия

Есть обновления

Главная » Статьи » Номера журналов. » №3 2006 (37)

Исторический прогресс производительного труда (2)
 Исторический прогресс производительного труда (2)

А.В. Золотов, М.В. Попов

Часть 1. Часть 2. Часть 3.

Данные объективные требования осознавались еще на заре капиталистического способа производства. Так, выдающийся буржуазный демократ М. Робеспьер отмечал: «Пища, необходимая человеку, так же священна, как и сама жизнь. Все, что необходимо для сохранения жизни, является общим достоянием» [1]. Но в развернутой форме социальные льготы и гарантии предоставляются населению со второй половины XX века, когда социальные расходы государства стали достигать 40-50% бюджета, минимальная зарплата устанавливается в соответствии с прожиточным минимумом.

Поскольку при осуществлении социальных гарантий и льгот в капиталистической экономике предполагается изъятие через налоги части прибыли, возникает видимость негативного влияния социальных расходов на инвестиционные возможности общества. В действительности же, расходы, непосредственно связанные с воспроизводством и развитием человека, приносят позитивный эффект, превосходящий объем затрат, что дает повод рассматривать их как разновидность инвестиций (при всей условности подобного обозначения).

Едва ли найдется статья социальных расходов, которая не сопрягалась бы с положительным производственным эффектом. В этом отношении особенно показательны расходы на образование, здравоохранение, позволяющие формировать, восстанавливать и развивать трудовые способности людей. Но и другие направления социальных расходов обладают подобным эффектом.

В силу отмеченных обстоятельств льготы и гарантии, в конечном счете, позитивно влияют на реализацию целевой установки капиталистической фирмы – максимизацию прибыли. Больше того, во многих случаях этот выигрыш является непосредственным. Так, во многом социальными льготами и гарантиями, обеспечиваемыми государством, объясняется живучесть мелких и средних предприятий, так как в результате снижается уровень притязаний работников по зарплате. Крупные и крупнейшие фирмы компенсируют более высокие (в абсолютном выражении) налоговые выплаты повышенной эффективностью, когда расширение границ кооперации труда приносит кумулятивный эффект от развития совокупного работника.

Интернационализация производства в условиях капитализма порождает предпосылки для ускоренного прогресса производительных сил стран, прежде отстававших от стран-лидеров НТП, а, следовательно, для сближения социально-экономического положения работников различных стран.

Все сказанное свидетельствует о том, что доминирующие в капиталистической экономике интересы частных собственников средств производства во многом совместимы с интересами развития производительных сил общества, создают присущие им стимулы для прогресса производительного труда. В результате развитие производительных сил ускоряется в сравнении с эпохой преобладания ручного труда, что обусловливает улучшение социально-экономического положения непосредственных производителей за счет формирования и определенного проявления предпосылок свободного всестороннего развития каждого.

Вместе с тем интересы капиталистов однонаправлены с интересами развития производительных сил не безусловно и не всегда.

Новая техника внедряется с целью увеличения прибыли. Следовательно, непосредственным интересом предпринимателя выступает снижение издержек на рабочую силу, а не экономия труда. Однако варианты нововведений, эффективные по критерию экономии на зарплате, не тождественны эффективным с точки зрения высвобождения труда.

Увеличивать прибыль можно не только за счет снижения издержек (что, как отмечалось выше, не всегда ведет к действительной экономии труда), но и за счет повышения рыночной цены, доступного для крупных капиталистических предприятий. Соответственно снижается заинтересованность предпринимателей в осуществлении НТП.

При внедрении новой техники капиталист учитывает последствия непосредственно для собственного бизнеса. Однако позитивный эффект от нововведений может проявиться в последующих звеньях технологических цепочек – на предприятиях, принадлежащих другим собственникам. Хотя тенденция к расширению масштабов производства под контролем одного собственника способствует разрешению подобного противоречия, при сохранении частной собственности оно воспроизводится, обусловливая специфически капиталистические границы высвобождения труда.

Высвобождение труда в форме сокращения рабочего времени зачастую оказывается для предпринимателей непосредственно менее выгодным, чем сокращение количества занятых на предприятии. Это связано, прежде всего, со стремлением уменьшить отчисления в фонды социального страхования, которые, как правило, зависят от количества занятых. Кроме того, сокращение персонала вместо уменьшения продолжительности его рабочего времени служит формой давления на работников в переговорах с нанимателями по поводу условий найма рабочей силы. В результате рост производительности труда используется предпринимателями для увольнения части работников, что в целом порождает безработицу в капиталистической экономике.

Несмотря на рост производительности труда, продолжительность рабочего времени наемных работников может не уменьшаться. Так, быстрые темпы сокращения рабочего времени в развитых капиталистических странах наблюдались, в основном, до начала 80-х гг. Затем ситуация существенно изменилась. Согласно данным Евростата, «если с середины 1950-х до начала 80-х гг. средняя продолжительность отпусков в странах с развитой рыночной экономикой увеличилась с двух-трех до четырех-шести недель, то, начиная с 1980-х гг., никаких серьезных изменений в этой области произведено не было, длительность отпусков оказалась фактически заморожена» [2]. Показательно, что в 1998 г. количество часов, фактически отработанных мужской частью экономически активного населения в среднем за неделю, «в большинстве промышлен-но развитых стран оставалось на уровне 1975 г., когда этот показатель был равен 40 часам» [3]. Проявляется и тенденция к увеличению доли тех, кто «имеет длинную рабочую неделю (по международной классификации – свыше 45 часов). Между 1984 и 1994 гг. доля этой категории занятых мужчин увеличилась в Австралии с 30 до 38%, в Великобритании – с 34 до 41%, в Канаде – с 20 до 24%. Незначительный, но все же прирост наблюдался в Швеции, Италии, Ирландии, Дании, Норвегии, США» [4].

Возможность одновременного увеличения прибыли и зарплаты не отрицает того, что получение прибыли базируется на безвозмездном присвоении нанимателями чужого неоплаченного труда. Это обусловливает противоположность интересов нанимателей и наемных работников. Поскольку производство подчиняется интересам нанимателей, то наемный характер труда означает существование отчуждения труда как работу в интересах, противоположных интересам самих работников. В таком качестве труд остается несвободным.

Для наемного работника труд выступает, прежде всего, средством заработка: именно зарплата присваивается самим работником, тогда как результат его труда присваивается собственником средств производства. Но раз результат труда – не собственность работника, то и труд не выступает его самодеятельностью, подчинен противостоящим работнику интересам и воле.

Несмотря на то, что прогресс машинной индустрии требует перемены и сочетания труда, у капиталистов сохраняется и заинтересованность в воспроизводстве «частичных работников», то есть выполняющих узкие трудовые функции. Узкая специализация снижает затраты на подготовку работника, а, следовательно, уменьшает стоимость рабочей силы, что, при прочих равных условиях, увеличивает прибавочную стоимость. Кроме того, узкоспециализированный работник имеет более слабые позиции в торге об условиях купли-продажи рабочей силы, что способствует понижению цены рабочей силы при данном уровне ее стоимости. Затраты на профессиональную подготовку и переподготовку со стороны фирм осуществляются таким образом, чтобы эффект от них доставался данным фирмам. Подготовка, способная принести результаты для других фирм, реализуется за счет самих работников. Это ограничивает возможности роста квалификационно-образовательного уровня работников.

В соответствии с интересами удешевления рабочей силы воспроизводится общественное разделение труда в той его форме, когда одни наемные работники – рабочие – социально-экономически закреплены за выполнением непосредственно производительного труда, а другие – за выполнением иных общественно необходимых функций. Соответственно в течение рабочего дня время собственно производительного труда рабочих преобладает над временем их непроизводственной социальной деятельности, напротив, специалисты и служащие заняты, главным образом, деятельностью, не являющейся производительным трудом.

При подобном разделении труда общность социально-экономического положения работников, занятых собственно трудом и иными общественно необходимыми функциями, состоит в наемном характере их деятельности, в подчинении ее интересам капиталистов. Поэтому у обеих категорий работников деятельность имеет отчужденный характер, по отношению к ним действует тенденция ограничения возможностей их развития стоимостью рабочей силы.

Однако, если рабочие создают для капиталистов прибавочную стоимость, то нерабочие обеспечивают предпосылки для создания и присвоения нанимателями прибавочной стоимости. Специалисты и служащие в форме зарплаты получают часть этой стоимости, время их деятельности имеет своей субстанцией экономию чужого труда. Как следствие – социально-экономическое положение подобных работников может быть улучшено за счет роста прибавочной стоимости и перераспределения в их пользу сэкономленного труда рабочих. Следовательно, единство интересов отмеченных категорий работников не абсолютно, у специалистов и служащих больше интересов, расходящихся с интересами развития производительных сил.

Противоположность интересов нанимателей и наемных работников накладывает свой отпечаток на участие рабочих в управлении. Оно ограничено не только по времени, так что сохраняется социальный слой управленцев, но и по полномочиям. Принятие решений остается за собственниками или управленцами – представителями их интересов. При этом, чем значительнее роль управленца в реализации интересов капиталиста, тем выше размер его вознаграждения, имеющего своим источником прибавочную стоимость. Соответственно, усиливается общность интересов менеджеров с интересами нанимателя и ослабляется момент единства с интересами остальных наемных работников и, особенно, рабочих.

При сохранении закона общественного разделения труда прогресс экономии труда выражается преимущественно в том, что класс непосредственных производителей материальных благ количественно сокращается, а масса занятых непроизводственными функциями увеличивается. Так, в США численность «белых воротничков» превысила количество «синих» уже в 1956 г. А в 80-е гг. фабричный рабочий класс составлял в этой стране не более 17% трудоспособного населения [5]. Подобная тенденция характерна для всех экономически развитых капиталистических стран. В результате предпосылки для развития человека, создаваемые рабочим классом, во все возрастающей мере используются нерабочими, что сдерживает реализацию созидательного потенциала производительного труда.

Увеличение льгот и гарантий работникам и максимизация прибыли однонаправлены далеко не всегда. Возможно несовпадение субъекта затрат и получателя непосредственной выгоды от этих затрат. Те расходы на социальные цели, которые не приносят отдачи самому предпринимателю, с его точки зрения неоправданны. Их снижение представляется ему оптимальной линией поведения и непосредственно таковой является. То, что при распространении подобной практики (например, при всеобщем уклонении от уплаты налогов) замедляются темпы экономического роста, снижается конкурентоспособность отечественного капитала на международной арене, не отменяет ориентации на текущую собственную выгоду: частные собственники не в состоянии контролировать отдаленные общественные последствия своих действий.

Ориентация на текущую предпринимательскую выгоду вступает в противоречие с предоставлением социальных льгот и гарантий и потому, что отмеченные блага распространяются не только на трудоспособное население. Воспроизводство совокупного работника предполагает и подготовку подрастающего поколения, и заботу о поколении, утратившем трудоспособность. Между тем отмеченные фазы воспроизводства непосредственно не приносят отдачи в виде увеличения совокупной прибыли. Воспитание подрастающего поколение даст экономический эффект через два десятилетия. Пожилые люди – претенденты на часть общественного продукта на том основании, что в свое время они делились созданным ими продуктом с нетрудоспособными. Но возврат обществом этого своеобразного долга старшему поколению с точки зрения совокупного капитала – вычет из его сегодняшней прибыли.

Следовательно, реализация льгот и гарантий в условиях рыночной экономики – процесс, отражающий общеэкономическое противоречие между потреблением и накоплением специфическим образом: как противоречие между интересами увеличения прибыли и воспроизводства наемной рабочей силы. В этом противоречии доминирующей стороной выступают интересы роста прибыли, определяющие капиталистические границы для развития работников. Не удивительно, что в последние годы в развитых капиталистических странах обнаружилась тенденция к свертыванию социальных гарантий.

Наемные работники равной квалификации и производительности могут отличаться принадлежностью к полу, этнической группе и т.д. Опираясь на эти различия, предприниматели способны платить различную зарплату работникам с одинаковой производительностью труда, предоставлять им различные шансы при найме и увольнении, продвижении по службе, то есть осуществлять дискриминацию на рынке труда. Дискриминация позволяет увеличивать прибыль за счет сравнительно низкой зарплаты представителям дискриминируемых групп, усиления конкуренции между различными группами работников.

Для крупных капиталистических производителей, способных влиять на уровень рыночных цен, становится выгодным повышение цен (в рамках допустимого со стороны рыночного спроса). Дело в том, что в соответствии с трудовыми договорами уровень денежной зарплаты фиксируется на определенный срок, а при фиксированной зарплате повышение цен на произведенную продукцию ведет к увеличению прибыли. Поскольку подобной практики ценообразования придерживаются производители разных отраслей, то это ведет к инфляции – повышению общего уровня цен в стране. В результате инфляции покупательная способность работников – их реальная зарплата – снижается, так что действует тенденция к понижению цены рабочей силы по сравнению с ее стоимостью.

В рамках мировой капиталистической системы разделение труда в условиях научно-технического прогресса осуществляется таким образом, что чем выше доля населения страны, не занятого непосредственно производительным трудом, тем значительнее масштабы присвоения общественного продукта, созданного рабочим классом других стран, и экономии труда, осуществленной в этих странах. Это позволяет предпринимателям не увеличивать степень присвоения прибавочной стоимости, создаваемой внутри государств-лидеров НТП.

Вместе с тем сравнительно высокий уровень зарплаты в экономически развитых странах побуждает к дальнейшему сокращению в них отраслей материального производства и развертыванию соответствующих производств за рубежом, что также ведет к сокращению удельного веса рабочего класса в структуре занятых в народном хозяйстве США и Западной Европы. С этой точки зрения показательна оценка специалистами пуска нового завода фирмы BMW в Германии: «Зарплата немецкого рабочего, занятого в автопроме, в семь раз выше, чем у восточноевропейского коллеги, а рабочая неделя на 10% короче. Аналитики сомневаются, сможет ли теперь Германия конкурировать с более дешевыми моделями соседей. Некоторые уверены, что это будет последний завод, построенный в Западной Европе» [6].

Таким образом, вследствие того, что целью капиталистической экономики выступает максимизация прибыли, а развитие производительных сил остается средством для достижения подобной цели, момент однонаправленности интересов получения прибыли с интересами общественного развития не исключает существования основы для их противопоставления. Кроме того, горизонт интересов прибыли даже при их однонаправленности с интересами общественного развития более узкий. Вследствие этой узости, а тем более при противоположности интересам общественного развития, ориентация на прибыль может вступать и вступает в противоречие с требованиями научно-технического и социально-экономического прогресса. В результате обеспечение благосостояния и свободное всестороннее развитие всех членов общества, основа для чего создается современным производительным трудом, остаются при капитализме недостижимыми – вопреки имеющимся для этого объективным предпосылкам и требованиям развития производительных сил.

Интересы общественного развития воплощаются в интересах рабочего класса как класса непосредственных производителей в условиях крупной машинной индустрии. Это обусловлено тем, что именно рабочий класс выступает главной производительной силой общества.

Не следует думать, что у непосредственных производителей существуют только интересы, совпадающие с интересами общественного развития. Объективно существует и возможность улучшения положения отдельного работника или группы работников независимо от улучшения положения остальных и даже в ущерб им. Пример штрейкбрехеров в этом смысле весьма показателен. Возможна ситуация, когда улучшение положения рабочего по одному параметру ухудшает его положение в целом (например, при увеличении заработка за счет сверхурочной работы). Подобные интересы работников реализуются, главным образом, благодаря тому, что они ведут к увеличению прибыли. Так, стремление работников заработать за счет сверхурочных согласуется с экономией предпринимателей на издержках в связи с наймом новых работников; штрейкбрехерство – это инструмент давления предпринимателей на работников в условиях трудовых конфликтов и т.д.

Поскольку интересы, совпадающие с интересами общественного развития, коренным образом улучшают социально-экономическое положение рабочего класса, они являются для него основными. Соответственно его интересы, расходящиеся с основными, имеют побочный, второстепенный характер. В соотношении отмеченных интересов потенциальный перевес принадлежит основным, тем, которые совпадают с интересами общественного развития. Вот почему рабочий класс наиболее заинтересован в осуществлении общественного прогресса при капитализме.

Из этого следует, что развитие производительных сил, которое, в конечном счете, выгодно и классу предпринимателей, будет осуществляться тем последовательнее, чем полнее будут осуществляться коренные интересы рабочего класса. Поэтому прогресс при капитализме определяется разрешением присущих ему противоречий в соответствии с требованиями основных интересов рабочего класса. Это предполагает борьбу данной общественной силы за свои коренные интересы.

Относительное и даже абсолютное сокращение численности рабочих в странах – лидерах НТП при возрастании удельного веса «белых воротничков» в структуре занятых зачастую преподносится как свидетельство исторического заката рабочего класса. Между тем социально-экономическая роль рабочего класса как носителя интересов общественного развития не зависит от его численности. Раз субстанцией для функционирования непроизводственной сферы является сэкономленный труд рабочих, то этим определяется производный от такого труда характер деятельности других социальных классов и слоев. Последние присваивают не только прибавочный продукт, но и все возрастающую долю сэкономленного труда. Их общественная роль состоит, в конечном счете, в том, что они либо способствуют прогрессу экономии труда, либо тормозят его. Так как непосредственно производительный труд образует субстанцию всех других видов общественной деятельности, то рабочий класс, социально-экономически закрепленный за выполнением такого труда, составляет действительную основу и современного капиталистического общества.

В результате борьбы за интересы общественного развития, которая приводит к улучшению положения рабочего класса, к формированию у него способности действовать в соответствии с требованиями своих коренных интересов, рабочий класс раньше или позже, закономерно обретает возможность подчинять экономику цели свободного развития, освобождая производительный труд от наемного характера.

3. Производительный труд в период перехода к непосредственно общественному производству

Освобождение производительного труда от наемного характера предполагает превращение рабочего класса в собственника общественных средств производства. Для этого требуется национализация основных средств производства, осуществляемая посредством системы власти, призванной последовательно выражать интересы общественного развития.

Такая система имеет своей основой коллективы работников предприятий крупной машинной индустрии. Именно такие коллективы трудятся в условиях, объективно требующих перемены и сочетания труда, свободного развития каждого, и потому они непосредственно выступают носителями интересов общественного развития. Не удивительно, что все успешные исторические попытки рабочего класса установить свою власть предполагали ключевую роль производственных коллективов в происходящих событиях.

Так, например, формирование Советской власти в России происходило при активном участии фабрично-заводских комитетов, созданных рабочими на крупнейших российских предприятиях. Эти комитеты, по сути, выступали первичными ячейками новой власти, а, учитывая, что ее сила базировалась на потенциале производственных коллективов, данные звенья с полным правом можно назвать основными. Аналоги российских фабрично-заводских комитетов возникали практически во всех индустриальных странах, переходящих к строительству непосредственно общественного производства.

Обстановка крупной машинной индустрии формирует в работниках способность к согласованным совместным действиям, направленным на достижение масштабных общественных целей. Опираясь на организованность трудовых коллективов, работники обретают возможность влиять на социально-экономические процессы всех уровней как непосредственно, так и через подотчетных им представителей.

Показательно, что власть рабочего класса получила иную организационную основу, чем у парламентских республик. В последних избирателей организуют по территориальным округам (в силу разобщенности жителей сами они в территориальные округа с большой численностью избирателей организоваться не в состоянии), что позволяет предпринимателям – обладателям экономической власти, объединенным деловыми связями в широких масштабах, обеспечивать приоритет своих интересов и в политической сфере.

Советская же власть организовывалась, прежде всего, путем выборов депутатов непосредственно в трудовых коллективах, что давало работникам возможность не только поддерживать хорошо известные им кандидатуры, но и регулярно заслушивать отчеты депутатов, а при необходимости осуществлять их отзыв. Тем самым была осуществлена свойственная современному обществу «главная тенденция: переход управления от территорий к производствам» [7]. Ограничение численности крестьянских депутатов в представительных органах власти обеспечивало приоритет нового, производственного принципа выборов депутатов над старым, территориальным. Подобные организационные условия обеспечивали реальную возможность использования системы новой власти для осуществления интересов общественного развития даже в такой стране, где преимущественно мелкокрестьянский аграрный сектор экономики преобладал над промышленным, а индустриальный рабочий класс составлял меньшинство трудоспособного населения.

Поскольку власть, опирающаяся на организованность трудовых коллективов, открывает возможность для включения работников в управление в соответствии с их коренными интересами, однонаправленными с интересами всех трудящихся, то такая власть обретает для работников самоуправленческий аспект.

Применяя систему самоуправления, рабочий класс способен начать использование национализированных средств производства в интересах общественного развития в соответствии с экономическим законом потребительной стоимости. Одной из первых мер является законодательное сокращение продолжительности рабочего времени, о чем свидетельствует, например, опыт Советской власти. Такая мера позволяет полнее реализовать в интересах развития основной производительной силы общества достижения капитализма в области производительности труда. Наряду с этим сокращение рабочего времени образует важнейшую материальную предпосылку для осуществления ассоциированными работниками своей власти.

Участие рабочих в принятии стратегических управленческих решений, в сочетании с увеличением времени, уделяемого управлению, означает подрыв основы старого разделения труда, превращение тенденции к перемене и сочетанию труда в доминирующую.

Благодаря установлению своей власти работники получают возможность улучшить режимы и условия труда и отдыха для всех и ввести льготные режимы для подростков и женщин с малолетними детьми. Как показывает исторический опыт, удается также наладить общественное питание на производстве, увеличить продолжительность оплачиваемых отпусков, повысить оплату времени нетрудоспособности, начать создание широкой сети дошкольных детских учреждений.

Появляется возможность строить оплату труда не в привязке к стоимости рабочей силы, а в соответствии с принципом «по труду», то есть в непосредственной зависимости от трудового вклада работников в выпуск продукции, необходимой обществу. Это означает, что мера потребления освобождается от подчинения цели максимизации прибыли, становится адекватнее удовлетворению разумных потребностей работников.

Реализация общественной собственности, предполагающей, что развитие каждого становится условием развитием всех, закономерно проявляется и в переходе к льготному предоставлению работникам социально значимых благ. Так, уже в первые годы Советской власти рабочие семьи в городах активно выезжали из подвальных помещений в комнаты и квартиры с более здоровыми условиями проживания, благодаря новой власти возросла доступность сферы здравоохранения, создавались условия для повышения образовательного уровня работников. И хотя многие меры политики «военного коммунизма» были обусловлены обстановкой военного времени (например, полное упразднение денежного обращения), однако и впоследствии, с переходом к мирному строительству льготное предоставление работникам социально значимых благ сохранилось.

Тем самым распределение «по труду» использовалось в сочетании с основным принципом распределения, не предполагающим увязки потребления с трудовым вкладом, непосредственно ориентированным на разумные потребности работников. С учетом того, что льготно предоставляемые блага направлены на развитие способностей работников, образуют ключевые предпосылки их материального благосостояния, следует отметить: установление системы рабочего самоуправления порождает тенденцию к доминированию принципа распределения «по потребностям», адекватного обеспечению полного благосостояния и свободного, всестороннего развития всех членов общества. Доминирование этого принципа охватило такие сферы потребления, как жилье, медицина и образование, расходы на которые, например, в современной России, многократно превышают зарплату работников.

Таким образом, установление власти, формируемой трудовыми коллективами производственных предприятий, позволяет начать отрицание наемного характера труда и перейти к формированию свободы труда, когда целью общественного производства становится развитие работников.

Освобождение труда, имеющее исторически прогрессивный характер, неизбежно сталкивается в переходной экономике с проявлением противоположных тенденций.

Не исключено вооруженное сопротивление классов, утративших свое политическое господство и теряющих экономическую власть. Развязанная ими гражданская война дезорганизует экономическую жизнь, что ведет к падению объема выпуска продукции, препятствует подчинению экономики интересам общественного развития. Так, в условиях гражданской войны в России преобладающей задачей национализированной промышленности было обеспечение нужд фронта. Как следствие, продолжительность рабочего дня превышала 8 часов, уровень обеспеченности рабочих предметами потребления резко сократился.

Материально-техническая база создаваемого непосредственно общественного производства сохраняет диспропорции, существенные различия в технической оснащенности отраслей и т.д., что не соответствует предпосылкам для реализации закона потребительной стоимости как основного закона непосредственно общественного производства.

И в условиях относительно мирного установления своей власти рабочий класс первоначально может управлять только наиболее крупными национализированными предприятиями. Часть государственных предприятий ориентируется на действие рыночного регулятора, образуя тем самым государственно-капиталистический уклад экономики. Основная часть средних и мелких предприятий остается в капиталистической собственности. Наряду с частнокапиталистическим укладом сохраняется и мелкотоварный уклад. В результате воспроизводится наемный характер труда для части рабочего класса, в экономике сохраняются уклады, ориентированные на максимизацию прибыли и доходности. Соответственно сохраняются факторы, порождающие безработицу.

Уклады, для которых ориентация на прибыль и доходность является Доминирующей, влияют и на обобществленный сектор экономики, вынуждая входящие в него предприятия придерживаться принципов коммерческого расчета, предполагающего обеспечение прибыльности производства. При таких условиях момент наемного труда воспроизводится и в рамках социалистического уклада экономики, здесь также возможно снижение издержек путем сокращения количества занятых, что образует один из источников безработицы.

Сокращение рабочего времени первоначально недостаточно, чтобы изжить социально-экономическое закрепление работников, с одной стороны, за производительным трудом, а с другой, – за управленческим. Безусловно, введение 8-часового рабочего дня было огромным историческим завоеванием рабочего класса. И все же при этом преобладающая часть суток, исключая время удовлетворения естественных потребностей, уделялась производительному труду. Тем самым воспроизводился один из коренных признаков рабочего класса.


[1] Цит. по: Матьез Альбер. Французская революция. Ростов-на Дону. Издательство «Феникс», 1995. С. 332.

[2] Обзор занятости в России. Вып. 1 (1991-2000 гг.). – М.:ТЕИС, 2002. – С. 290.

[3] Там же. – С. 291.

[4] Там же. – С. 292.

[5] Иноземцев В. Перспективы постиндустриальной теории в меняющемся мире // Новая постиндустриальная волна на Западе. 1999. С. 28.

[6] Мили Ричард, Виллиамсон Хью. BMW предпочитает качество // Ведомости, 19 мая 2005, №89.

[7] Казеннов А.С. Указ. соч. С. 139.


Категория: №3 2006 (37) | Добавил: Редактор (17.11.2006) | Автор: А.В. Золотов, М.В. Попов
Просмотров: 601
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск по сайту
Наши товарищи

 


Ваши пожелания
200
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Корзина
Ваша корзина пуста
Категории раздела
№ 1 (1995) [18]
№ 2 1995 [15]
№ 3 1995 [4]
№ 4 1995 [0]
№ 1-2 2001 (18-19) [0]
№ 3-4 2001 (20-21) [0]
№ 1-2 2002 (22-23) [0]
№ 1-2 2003 (24-25) [9]
№ 1 2004 (26-27) [0]
№ 2 2004 (28) [7]
№ 3-4 2004 (29-30) [9]
№ 1-2 2005 (31-32) [12]
№ 3-4 2005 (33-34) [0]
№ 1-2 2006 (35-36) [28]
№3 2006 (37) [6]
№4 2006 (38) [6]
№ 1-2 2007 (39-40) [32]
№ 3-4 2007 (41-42) [26]
№ 1-2 2008 (43-44) [66]
№ 1 2009 (45) [76]
№ 1 2010 (46) [80]
№ 1-2 2011 (47-48) [76]
№1-2 2012 (49-50) [80]
В разработке
№1-2 2013 (51-52) [58]
№ 1-2 2014-2015 (53-54) [49]
Интернет-магазин

Прайслист


Номера журналов "МиС", труды классиков МЛ, философия, история.

Точка зрения редакции не обязательно совпадает с точкой зрения авторов опубликованных материалов.

Рукописи не рецензируются и не возвращаются.

Материалы могут подвергаться сокращению без изменения по существу.

Ответственность за подбор и правильность цитат, фактических данных и других сведений несут авторы публикаций.

При перепечатке материалов ссылка на журнал обязательна.

                                
 
                      

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz