Международный теоретический и общественно-политический журнал "Марксизм и современность" Официальный сайт

  
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход Официальный сайт.

 Международный теоретический
и общественно-политический
журнал
СКУ

Зарегистринрован
в Госкомпечати Украины 30.11.1994,
регистрационное
свидетельство КВ № 1089

                  

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!



Вы вошли как Гость | Группа "Гости" | RSS
Меню сайта
Рубрики журнала
Номера журналов
Наш опрос
Ваше отношение к марксизму
Всего ответов: 450
Объявления
[02.09.2015][Информация]
Вышел из печати новый номер 1-2 (53-54) журнала "Марксизм и современность" за 2014-2015 гг (0)
[09.06.2013][Информация]
Восстание – есть правда! (1)
[03.06.2012][Информация]
В архив сайта загружены все недостающие номера журнала. (0)
[27.03.2012][Информация]
Прошла акция солидарности с рабочими Казахстана (0)
[27.03.2012][Информация]
Печальна весть: ушел из жизни Владимир Глебович Кузьмин. (2)
[04.03.2012][Информация]
встреча комсомольских организаций бывших социалистических стран (0)
Наш видеолекторий

 




 


Темы

Социальная философия

Революция и контрреволюция

Наша история

Вопросы экономики социализма.

Оппортунизм

Религия

Есть обновления

Главная » Статьи » Номера журналов. » № 1-2 2011 (47-48)

Двадцать лет на изучение урока.., а многие все в том же классе (3)

Двадцать лет на изучение урока.., а многие все в том же классе (3)

В.А. Тюлькин

 

Думается, что переход к рынку и в самих высших кругах партийно-государственного руководства психологически воспринимался нелегко. Мы все помним «плачущего большевика» Председателя Совета министров СССР Николая Ивановича Рыжкова, который перед депутатами Съезда Народных Депутатов СССР с болью в сердце вопрошал – «А вы народ спросили? Он хочет в капитализм?».

Народ, конечно, никто не спросил. Наоборот, ему обещали социализм с человеческим лицом и социалистический рынок. А вот с Рыжковым в дни XXVIII съезда более предметно переговорить так и не удалось. Как-то в конце дня с группой товарищей мы подошли к нему, начав разговор таким образом, что, мол, Николай Иванович, мы всё-таки Вашу позицию отличаем от позиций тех, кто уже сегодня активно призывает к разгосударствлению и приватизации. Давайте встретимся, потолкуем отдельно.

Рыжков выглядел очень уставшим, смотрел куда-то мимо нас и произнёс фразу, которую я запомнил навсегда: «Эх, мужики, вы даже не представляете себе, до чего всё херово». Договорились, что найдём время переговорить, но… не получилось.

То, что дело было плохо, чувствовали многие делегаты Съезда из самых разных концов Союза и самых разных сфер деятельности. Об этом свидетельствуют примеры выдержек из выступлений делегатов.

Так, первый секретарь ЦК Компартии Латвии А.П. Рубикс с болью в сердце говорил, что социализм уже открыто разрушают: «Социалистическая государственность меняется и заменяется буржуазной. Реставрируется не только государственный строй, но и право частной собственности на любые средства производства, включая колхозные земли. Она возвращается тем, кто ею обладал в буржуазный период или их потомкам, в том числе и проживающим за рубежом».

О том, что простой народ не принимает рынка, говорил Бурканов Александр Николаевич, первый секретарь Ичалковского райкома партии, Мордовия: «Если уж для нас рынок – это просто шок, то, что он для простого колхозника и рабочего?».

Простые колхозники, как докладывал съезду Стародубцев В.А., председатель племзавода колхоза имени Ленина Новомосковского района, Тульская область, рынку не очень-то обрадовались и не очень в него верили: «Не случайно на нашем Крестьянском съезде звучали слова: «Разбойный рынок! Беспощадный рынок!» Тут есть над чем задуматься. Ведь крестьянин вынужден будет ответить тем же – меньше продукции, да дороже, тогда и затрещит вся концепция нашей перестройки…».

Осторожно и с опаской судил о возможности действий, первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана, Президент Узбекской ССР Каримов Ислам Абдуганиевич: «Люди смогут понять и принять все трудности переходного периода к рыночным отношениям лишь в том случае, если об этом будет сказано прямо и открыто, даны гарантии социальной защищенности особенно неимущих слоев населения. При этом очень важно учесть специфику и стартовое положение отдельных республик и регионов. Словом, на рыночную экономику можно переходить только тогда, когда мы убедим в этом людей, получим национальное согласие».

Однако апологетам рынка никакого согласия народа ждать не хотелось, и они форсировали процесс, категорично и напористо. Абалкин Л.И., заместитель Председателя Совета Министров Союза ССР, председатель Государственной комиссии Совета Министров СССР по экономической реформе: «Если мы хотим иметь экономику эффективную, гибкую, ориентированную на научно-технический прогресс, если мы хотим иметь магазины, заполненные товарами разнообразного ассортимента и высокого качества, если мы хотим покончить с позором очередей, спекуляцией и закрытыми распределителями, если мы хотим создать достаточно мощные стимулы для труда – у нас нет другого выбора, кроме перехода к рыночной экономике. (Шум в зале)».

Этим ученым рыночным мужам подпевали представители такой же рыночной творческой интеллигенции, этот мозг нации, которые строили аргументацию примитивно просто. Кугультинов Д.Н., писатель, член Президиума Верховного Совета СССР: «Мы входим сейчас в человечество цивилизованное, от которого были оторваны 60–70 лет». Однако, наверное, за преодоление этого отрыва, Кугультинов был избран членом политбюро ЦК КП РСФСР.

Судьба экономической реформы, т.е. судьба народа и судьба партии, решалась в неразрывной связке. Ю.А. Прокофьев, Первый секретарь МК КПСС размышлял: «Партия сегодня стоит на перепутье трех дорог. Первая – обратно, к командно-административной системе. Пойдем по ней – окажемся на периферии мировой цивилизации. Второй путь – радикально демократизировать, обновить партию, а по существу – создать ее заново как политический организм. И, наконец, третий выбор – размежеваться, образовать на осколках КПСС новые политические структуры».

Рассматривать действительно научную альтернативу рынку руководство партии упорно не желало и съезду такой возможности не предоставляло в течение десяти дней работы. Настал последний, одиннадцатый день работы съезда.

Последний день Съезда

В результате слаженной работы делегатов съезда и приглашенных товарищей от Движения коммунистической инициативы и Марксистской платформы слова для оглашения нашей позиции всё-таки удалось добиться. Для этого под этой резолюцией было собрано более 150-ти подписей делегатов съезда (при необходимых по регламенту 100), соответствующая заявка была сдана в секретариат. Однако время шло, а слова для выступления так и не предоставляли. Походы в секретариат и к председательствующим на съезде членам президиума выявили картину «игры в дурочку»: руководитель Секретариата А. Ильин клялся, что всё передал в Президиум, а Президиум (в лице А. Лукьянова и др.) якобы ничего не получал. А шёл последний день съезда и делегаты уже спешили собирать чемоданы. И тогда наши представители (делегаты и приглашенные) захватили все 23 микрофона, стоящие в зале, и не уступали их, не поддаваясь на уговоры Президиума и как бы нависая над ним. В зале делегаты стали чувствовать какой-то рост напряжения,и всё внимание было переключено с выступающих на это пока молчаливое противостояние Горбачёва и «инициативщиков». Я в это время занял место в первом ряду, поскольку товарищи поручили мне выступать с этой резолюцией. Видя, что с ситуацией простыми уговорами не справиться, Горбачёв рукой позвал меня в Президиум, дав знак охране – пропустить. Я поднялся на сцену, пройдя за спиной первого ряда Президиума, подошёл к Генсеку, поздоровались за руку и он, глядя мне в глаза, так проникновенно по-дружеск, говорит: «Виктор, ты чего? Мы думаем, что ты наш, а ты?..». Я говорю: «Так,Михаил Сергеевич, конечно,наш, только выступаю за выполнение Регламента. Положено дать слово – надо дать. А то самый важный вопрос – об экономической политике – за двадцать минут проскочили и утверждают, что иного не дано».

«Какие двадцать минут? – возражает Горбачёв, – одиннадцатый день болтаем». Я отвечаю: «Тем более. Одиннадцатый день говорим, а по существу по главному вопросу экономической политики высказаться нет возможности. Так что прошу, Михаил Сергеевич, будьте добры в соответствии с регламентом, предоставить пять минут,как положено».

Надо сказать, что взгляд у Горбачёва какой-то прилипчивый, тёмный и обволакивающий. Оторваться от него не так просто, к тому же он продолжает оставаться Генеральным секретарём, но я разрываю дистанцию и, оставив за собой последнее слово, возвращаюсь на место. Горбачёв минуты полторы сидит мрачный, нервно поигрывая пальцами, затем резко встаёт, берёт свою папку и уходит из Президиума за сцену. Мужики в зале уже вообще не слушают, что там говорят в микрофон, наседают на меня, пытаясь узнать, что я ему такого сказал. Я отшучиваюсь, говорю, что Михаил Сергеевич вот уже месяц как занял у меня червонец и никак не отдаёт, а мы, надо сказать, живя в гостинице, уже серьезно поиздержались. Шучу, конечно, но главное было сделано: пост председательствующего занял Станислав Иванович Гуренко, и слово нам было предоставлено. Кусок стенограммы с выступлением «позиции меньшинства» привожу полностью.

 

13 июля 1990 г. (XXVIII съезд Коммунистический партии Советского Союза. Бюллетень № 14. М., 1990.

«Тюлькин В.А. Товарищи коммунисты! Есть необходимость посоветоваться. Во-первых, я предлагаю отметить демократичность нашего Президиума, который даёт слово для заявления не только лицам, покидающим партийный корабль, но и тем, кто навсегда решил остаться коммунистом. (Аплодисменты).

А во-вторых, если по-серьёзному, речь пойдет о принятых нами решениях по социально-экономической политике партии. Выступаю я от группы делегатов съезда, участников ленинградского Инициативного съезда и части товарищей от Марксистской платформы.

Нам по-человечески, в общем-то понятна позиция организаторов сегодняшнего съезда, когда одной из больших задач ставилась в любом виде одобрить курс, может быть, до конца не разобравшись, перехода на рыночную экономику. И надо отметить, что комиссия под председательством Рыжкова, Абалкина довольно успешно и быстро в течение 20 минут одобрила курс Абалкина-Рыжкова.

Гуренко С.И. Я просил бы и оратора, и всех присутствующих придерживаться общепринятых норм с самого начала.

Тюлькин В.А. Хорошо, Станислав Иванович.

Гуренко С.И. Прошу Вас, товарищ Тюлькин.

Тюлькин В.А. Мы считаем, что как следует разобраться с данным вопросом делегатам съезда не было предоставлено возможности, что всё это происходило в спешке с нарушением принятых процедур. Альтернативный проект Резолюции к моменту обсуждения и принятия основного решения не был размножен.

В связи с этим мы выступаем со следующим заявлением: считаем голосование Резолюции по вопросам о стратегии партии, по решениям, от которых зависит судьба страны, судьба партии, судьба перестройки, произошло поспешно, с нарушением процедурных вопросов. Наши предложения с порога отмели, заявляя, что альтернативной реформы нет. Наша позиция, пусть даже как позиция сегодняшнего меньшинства, практически была проигнорирована. Не было поставлено на голосование даже предложение о проведении дискуссии в партии по данному кругу проблем. Считаем нужным предупредить всех коммунистов страны: непродуманный переход к рынку, как к всеобщей системе, включающей рынок капиталов и рынок рабочей силы, будет означать неизбежное сползание к нарастанию капиталистических отношений. А насильственное, вопреки объективным процессам лечение социализма капитализмом повлечет за собой не повышение производства и уровня жизни, а их неизбежное падение, вызовет широкий социальный протест, приведет к тяжелым страданиям народа.

Есть иные концепции экономической перестройки, притом не одна, не означающие возврата назад ни к буржуазному строю, ни к командно-административной системе. Мы считаем необходимым зафиксировать на съезде это мнение меньшинства его участников, чтобы можно было провести инициативным путем снизу широкое обсуждение в партии альтернативных проектов и быть готовым к возможным в ближайшем будущем коллизиям во избежание полного краха принятого ныне экономического курса.

Резюмируя, хочу отметить – основная мысль заключается в том, что партия не может вести перестройку, приведшую к тяжелому ухудшению жизни народа.

Что касается Коммунистической партии, она эти потрясения просто не выдержит, и отстаивать конечные цели движения будет некому.

Проект Резолюции находится (в отношении 1 : 10) на руках у делегаций. Я бы просил поставить вопрос на голосование относительно присоединения к данному заявлению и к проекту Резолюции и зафиксировать как мнение меньшинства съезда. Спасибо за внимание.

Гуренко С.И. Одну минуточку! Задержитесь, пожалуйста, на трибуне, дабы не возникло у нас неловкости. Голосовать – присоединяться или не присоединяться к Резолюции, которую не видели 90 процентов, как Вы утверждаете, делегатов съезда, в общем-то, в этом есть вопрос. Я бы не ставил в неловкое положение сейчас себя и Президиум. Поэтому, мне думается, давайте зафиксируем мнение меньшинства, как и положено нашим Регламентом. Оно будет в стенограмме съезда. Давайте мы будем иметь в виду, что материалы съезда будут анализироваться Центральным Комитетом и выводы будут по этому поводу. А сейчас говорить о том, что давайте присоединимся к Резолюции, я просто как-то лишен возможности предвидеть даже результаты голосования. Они могут быть истолкованы Вами как зажим демократических принципов. Согласитесь со мной.

Тюлькин В.А. Станислав Иванович! Я бы справедливости ради отметил, что, когда создавалась Резолюция, просили слова от имени 100 делегатов. Однако оно почему-то дано не было. Это раз. А во-вторых...

Гуренко С.И. Хорошо.

Тюлькин В.А. Одну минуточку. По Резолюции просили слово. А во-вторых, я бы просил тогда поставить вопрос на голосование относительно присоединения к зачитанному мною заявлению.

Гуренко С.И. Хорошо. Справедливости ради хотел бы Вас просто вернуть к списку ораторов, которые получили слово на пленарном заседании съезда. По-моему, выступали представители Марксистской платформы и представители Демплатформы. Точки их зрения были выяснены. Товарищ Тюлькин просит поставить вопрос на голосование. Кто присоединяется к его заявлению?

Голоса (неразборчиво) – шум в зале.

Гуренко С.И. Ну, не надо размахивать руками, есть право меньшинства, оно отражено у нас в Регламенте. Давайте мы проголосуем: кто присоединяется – проголосуете «за», кто не присоединяется – проголосуете «против», и съезд будет поступать соответственно результатам голосования.

Прошу проголосовать, и заканчиваем этот вопрос.

Результаты голосования:

Кворум для принятия решения – 1923;

Проголосовало «за» – 1259;

Проголосовало «против» – 2012;

Воздержалось – 414;

Всего проголосовало – 3685;

Не голосовало – 160

Решение не принято.

Гуренко С.И. Значит, это может быть отражено и должно быть отражено как мнение меньшинства в материалах нашего съезда. Спасибо».

 

Заметим, что Гуренко пробовал спустить вопрос на тормозах, сказав, что поскольку на руках нет соответствующей резолюции (она распространялась только в пропорциях 1:5), то давайте просто примем выступление к сведению. Однако к этому мы были готовы и настояли на голосовании за присоединение делегатов к зачитанному и услышанному всеми заявлению. «За» проголосовало 1259 делегатов съезда и, таким образом, Заявление ортодоксального меньшинства было зафиксировано в соответствии с Уставом как особое мнение, к которому по истечении времени положено возвращаться, что мы сегодня и делаем.

Дальнейшие события после XXVIII съезда доказали правоту наших прогнозов и относительно развала экономики и обнищания народа, и относительно судьбы самой КПСС. Позже, в юбилей десятилетия прихода Горбачёва к власти, один из видных членов его команды бывший председатель КГБ Вадим Бакатин на вопрос журналистов: «Что не удалось и какие наиболее значимые ошибки совершили они с Горбачёвым?» отвечал, что самой большой неудачей, пожалуй, явилось то, что им не удалось плавно подменить программные ценности КПСС на вполне социал-демократические. Мы, то есть Движение коммунистической инициативы, в сопротивлении этому процессу приняли самое непосредственное участие, чем в общем-то вполне гордимся. Но сил остановить капитализацию у нас не хватило.

Рыночный социализм

Сегодня эта мечта Горбачева – движение в капитализм под красным знаменем – по большому счёту включена в программные положения КПРФ и целого ряда партий, называющих себя коммунистическими, других стран. Характерно, что в сегодняшнем окружении Зюганова и в высшем руководстве КПРФ и СКП-КПСС нет ни одного человека, который хоть как-то выступал против Горбачева и перехода на рынок на XXVIII Съезде КПСС. Ни одного! Всех как-то вымыли, а кто сам ушел: Макашов, Авалиани, Шенин, Лигачев, Рубикс, Косолапов, Бенидиктов, Болтовский, Козленков, Якушев… Зато среди руководства новых коммерческих структур: банков, бирж, концернов и холдингов, АО и ОАО и пр.- очень плотно представлены руководящие и аппаратные работники КПСС. Мне вспоминается рассказанная секретарем Ленинградского обкома ВЛКСМ история: Секретарь обкома КПСС Дмитрий Филиппов стоит у окна и смотрит на площадь Диктатуры пролетариата, на которой расположились пикетчики Народного фронта с требованиями «Долой КПСС!». Грустно говорит: «Наш народ захотел капитализма, он его получит. Только капиталистами будем мы». Д.Ф. Филипов действительно успешно вписался в крупный бизнес, связанный с нефтяной промышленностью, но был взорван в подъезде своего дома в лихие девяностые.

Руководители КПРФ исповедуют теорию так называемого «рыночного социализма», неуклюже и не к месту ссылаясь на опыт ленинского нэпа и ставя в пример сегодняшний опыт экономического строительства в Китае под руководством КПК. В политической части своей программы они при этом начисто забывают, что ленинский нэп осуществлялсяь в условиях государства диктатуры пролетариата, а нынешние рыночные коммунисты, как правило, выдают за народовластие обычную парламентскую систему, ратуя только за наведение в ней честных правил выборов и взывая к совести власть имущих, обещают использовать государственное регулирование для социальной ориентированности экономики.

Сегодня горбачевизм, то есть антирабочая линия под коммунистическим названием, продолжает своё функционирование и в России, и в международном коммунистическом движении. Если в КПСС времен Горбачева переродившаяся партноменклатура эксплуатировала тему служения рабочему классу в ранге правящей партии и что-то делала для того, чтобы слова хоть как-то подкреплялись делами, то сегодня, находясь в оппозиции и занимая место в парламенте, горбачёвская партия эксплуатирует тему защиты интересов рабочего класса от имени трудящихся. Политика, проводимая ими сегодня, и в теоретическом, и в практическом плане не столько рабочая, сколько мелкобуржуазная. Так же, как в своё время в Манифесте Коммунистической партии Маркс и Энгельс критически характеризовали разные виды ненаучного социализма (утопический, христианский, мелкобуржуазный, буржуазный и др.), нам сегодня необходимо разобрать и указать основные признаки рыночного (горбачёвского) социализма, современной разновидности мелкобуржуазного социализма. С нашей точки зрения к таким признакам относятся:

– признание буржуазного парламентаризма за народовластие и выдвижение на первый план задач борьбы за так называемые честные парламентские выборы и победы на них;

– исповедование модели рыночного социализма в экономике, основанной якобы на многоукладности, а по сути, на капиталистической частной собственности в условиях политической власти буржуазии. Примером и образцом для большинства партий, придерживающихся этой концепции, является политика компартии Китая. Однако для рабочих Казахстана, бастующих нефтяников Мангистауской области, где реакционные власти и китайские собственники для подавления рабочих в 2011 г. использовали не только репрессивный аппарат, суды, тюрьмы, но и пустили в ход сначала убийства рабочих и членов их семей, a затем силами полиции расстреляли протестантов, курс на построение социализма с частной и частнокапиталистической собственностью является отнюдь не социалистическим. Впрочем, думается, так же, как и для китайских пролетариев, приехавших в Россию и работающих на российских (и китайских, часто подпольных) капиталистических предприятиях в ужасно бесправных условиях за нищенскую зарплату.

Мы по-товарищески предостерегаем коммунистов Китая от повторения КПК пути Горбачева с китайской спецификой – под красным знаменем в капитализм.

Таким образом, горбачевизм жив в сегодняшнем коммунистическом движении, и, не преодолев его, невозможно говорить о возвращении на путь социализма, о победе трудящихся ни в России, ни в других странах мира.


Категория: № 1-2 2011 (47-48) | Добавил: Редактор (27.04.2012) | Автор: В.А. Тюлькин
Просмотров: 352
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск по сайту
Наши товарищи

 


Ваши пожелания
200
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Корзина
Ваша корзина пуста
Категории раздела
№ 1 (1995) [18]
№ 2 1995 [15]
№ 3 1995 [4]
№ 4 1995 [0]
№ 1-2 2001 (18-19) [0]
№ 3-4 2001 (20-21) [0]
№ 1-2 2002 (22-23) [0]
№ 1-2 2003 (24-25) [9]
№ 1 2004 (26-27) [0]
№ 2 2004 (28) [7]
№ 3-4 2004 (29-30) [9]
№ 1-2 2005 (31-32) [12]
№ 3-4 2005 (33-34) [0]
№ 1-2 2006 (35-36) [28]
№3 2006 (37) [6]
№4 2006 (38) [6]
№ 1-2 2007 (39-40) [32]
№ 3-4 2007 (41-42) [26]
№ 1-2 2008 (43-44) [66]
№ 1 2009 (45) [76]
№ 1 2010 (46) [80]
№ 1-2 2011 (47-48) [76]
№1-2 2012 (49-50) [80]
В разработке
№1-2 2013 (51-52) [58]
№ 1-2 2014-2015 (53-54) [49]
Интернет-магазин

Прайслист


Номера журналов "МиС", труды классиков МЛ, философия, история.

Точка зрения редакции не обязательно совпадает с точкой зрения авторов опубликованных материалов.

Рукописи не рецензируются и не возвращаются.

Материалы могут подвергаться сокращению без изменения по существу.

Ответственность за подбор и правильность цитат, фактических данных и других сведений несут авторы публикаций.

При перепечатке материалов ссылка на журнал обязательна.

                                
 
                      

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz