Международный теоретический и общественно-политический журнал "Марксизм и современность" Официальный сайт

  
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход Официальный сайт.

 Международный теоретический
и общественно-политический
журнал
СКУ

Зарегистринрован
в Госкомпечати Украины 30.11.1994,
регистрационное
свидетельство КВ № 1089

                  

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!



Вы вошли как Гость | Группа "Гости" | RSS
Меню сайта
Рубрики журнала
Номера журналов
Наш опрос
Ваше отношение к марксизму
Всего ответов: 451
Объявления
[02.09.2015][Информация]
Вышел из печати новый номер 1-2 (53-54) журнала "Марксизм и современность" за 2014-2015 гг (0)
[09.06.2013][Информация]
Восстание – есть правда! (1)
[03.06.2012][Информация]
В архив сайта загружены все недостающие номера журнала. (0)
[27.03.2012][Информация]
Прошла акция солидарности с рабочими Казахстана (0)
[27.03.2012][Информация]
Печальна весть: ушел из жизни Владимир Глебович Кузьмин. (2)
[04.03.2012][Информация]
встреча комсомольских организаций бывших социалистических стран (0)
Наш видеолекторий

 




 


Темы

Социальная философия

Революция и контрреволюция

Наша история

Вопросы экономики социализма.

Оппортунизм

Религия

Есть обновления

Главная » Статьи » Рубрики » ВОПРОСЫ ТЕОРИИ

Взгляды О.К. Антонова на экономику социализма

Взгляды О.К. Антонова на экономику социализма

А. Самарский

В обстановке глобального экономического кризиса и все большего вызревания в общественном сознании необходимости поиска альтернативы рыночной экономике, возникает интерес к историческому опыту бескризисной экономики в СССР. Для марксистских исследователей вновь особо актуальным становится анализ экономических проблем социализм, в свете чего немало ценного представляют экономические дискуссии в Советском Союзе 60-х гг., когда на повестке дня остро стоял вопрос о дальнейшем развития его экономики: по товарному или нетоварному пути. [1]

Немало глубоких и оригинальных идей выдвинул в это время известный авиаконструктор Олег Константинович Антонов. Ему, как руководителю крупного ОКБ, изнутри были видны многие недостатки советской плановой системы производства. Но, гораздо важнее то, что он видел глубинные причины этих недостатков и ясно представлял методы их устранения. Свои идеи, о которых ниже пойдет речь, он подытожил в книге «Для всех и для себя. О совершенствовании показателей планирования социалистического промышленного производства».

Послевоенный подъем производства в СССР принес небывалое развитие производительных сил. Но развитие промышленности, решая старые проблемы, порождало новые. Прежде всего, это касалось эффективности управления производством. Старые методы управления в 60-х начали давать сбой. Противоречие, по мнению Антонова, заключалось в самом характере производительных сил. Как говорится в книге, материальное производство досталось нам от «прежней эпохи», т.е. капитализма. Это в полной мере касалось и индустриализации 30-х годов, в ходе которой наша страна вынуждена была использовать капиталистические по уровню развития производительные силы – других просто не было, что не могло не влиять на общественные отношения. Это влияние было заметно и в экономической науке.

Существующая экономическая наука отставала от потребностей быстро развивающихся производительных сил. И это таило в себе большую опасность.

Особенностью социализма является то, что экономическая наука не может просто отображать существующее положение в экономике. Она должна непременно указывать будущее направление, реализовывать свою важнейшую функцию – прогностическую, функцию общественного предвидения.

Использование старых методов ведения хозяйства, во-первых, невероятно тормозило развитие, а во-вторых, могло (и непременно должно было) в любой момент повернуть развитие социализма вспять. Как раз против таких методов Антонов и направил свою критику.

Основой ведения социалистического хозяйства был план, но сам по себе план ничего коммунистического не несет, ведь любой годовой бюджет капиталистической страны – это тоже план. Отличительной особенностью социалистического плана должны быть особые показатели планирования, т.е. такие критерии эффективности, которые бы работали на переход к коммунистическим отношениям. Главное условие – социалистическая плановая экономика не должна ориентироваться на капиталистические показатели. К сожалению, этим пренебрегала советская экономическая наука – нужно было создать материальную базу коммунизма, а это зачастую понималось как создание изобилия независимо от качества, «валового» изобилия. В видении многих экономистов – рыночников подход к главной производительной силе – человеку, работнику не сильно отличался от капиталистического, что во многом обуславливало недостатки социалистического планирования.

Антонов делил все недостатки планирования на 3 группы:

– количественные (планируют не точно);

– качественные (планируют не то, что нужно);

– методологические (планируют не так, как нужно).

Количественные и качественные недостатки во многом были случайными. Наиболее опасные – ошибки третьей группы, они влекут за собой количественные и качественные, так как это ошибки Госплана. К этим ошибкам в первую очередь принадлежали капиталистические показатели эффективности: вал, рентабельность, прибыль.

Вал

Еще в 60-х годах сложилась такая ситуация: план, вместо того, чтобы сознательно развивать производство, начал его тормозить. Нет, показатель 7-8% прироста ВВП сохранялся до 80-х годов, но насколько применим этот показатель для социализма? Нужно ли было «гнать вал» во что бы то ни стало?

Как показывал Антонов, измерение выпуска продукции по валу стала обнаруживать свою ущербность еще в первые пятилетки. Но, тогда, в силу объективной недостаточной развитости производства, этим можно было пренебречь. Другое дело – послевоенный период, когда в основном мы восстановили разрушенное производство и пришло время , когда нужно было напрочь отбросить этот показатель планирования. Почему? Да хотя потому, что валовой показатель не учитывает качества произведенной продукции. Есть нижняя планка качества (например, ГОСТ), и любой производственный коллектив, если он себе не враг, предпочтет перевыполнять план за счет вала в ущерб качеству. Например, в добывающей промышленности есть определенный уровень содержания полезного вещества, скажем процент содержания железа в железной руде (минимальное содержание установим на уровне 47%). Если по мере разработки пласта руда пойдет лучше, скажем с содержанием железа в 50%, то работникам будет выгоднее разбавить ее шлаком и, таким образом, перевыполнить план меньшими усилиями. Премию ведь им платили за вал, а не за качество.

Но, делать виноватым трудовой коллектив нельзя. Он ведь не может отклоняться от плана. Ведь там, «наверху» уже все наперед предусмотрено, и подвести, не выполнив (и не перевыполнив) план – значить подвести всю цепочку производства, по которой идет их продукция. Пересмотреть показатели на всесоюзном уровне, если захотят, конечно, смогут лишь через полгода-год-два, а ситуация меняется несравненно быстрее.

Естественно, это угнетающе действует и на рабочих, подавляет всякую инициативу. Автор книги приводит один живописный пример, когда на одной из московских строек он наблюдал такую картину: две девушки, разгружая грузовик с кирпичами, бросали их прямо на землю. Простояв минут десять, он подсчитал, что примерно 30% кирпича бьется, т.е. идет в брак. Неужели эти две милые девушки были вредителями? Ничего подобного! Просто им нужно было разгрузить машину за 20 минут, а иначе они бы не успели. Так был спланирован график движения машины, и если она из него выбивалась, нарушалась вся цепочка. В итоге автобаза оказывалась в числе отстающих, водителей лишали премии.

Выходит, что брак девушки делали сознательно, иного выхода не было. Даже злились при этом, видя всю абсурдность: «план, говорите, так вот, получите!» Труд отдельного рабочего противоречил интересам общества, в то время, как сознание масс работало в верном направлении. «Трудно говорить о воспитании людей в духе коммунистического отношения к труду, если приходится для выполнения показателей плана делать работу против нашей совести»[2]. Так что снижение качества продукции – это не недостаток сознательности.

Вал – это мертвый фиксатор плана. Если даже в горнодобывающей отрасли, где, казалось бы, другого показателя, кроме вала, не может существовать, это часто оказывается тормозом, то, что уж говорить об остальных? Производство разрастается, естественно увеличиваются потери, и такой показатель как вал начинает действовать против себя самого. Это ярко видно, если брать не отдельные отрасли, а весь народнохозяйственный комплекс, где ухудшение качества в конечном итоге ведет к уменьшению количества. Вал в принципе не может быть показателем социалистической промышленности, он противоречит существу социализма и коммунизма.

Себестоимость

«Себестоимость, – пишет Антонов, – родная сестра вала». Казалось бы, как же можно говорить о повышении производительности труда, не уменьшая при этом себестоимость? Ведь стоимость – это и есть овеществленный труд. Оказывается, если брать уменьшение себестоимости как показатель, на который должно ориентироваться каждое предприятие, то в итоге для комплекса народного хозяйства в целом, себестоимость может увеличиться. Как обобщенный показатель планирования народного хозяйства, себестоимость не может использоваться при социализме. Суть в том, что социализм – это процесс обобществления производства, и судить о какой-либо выгоде можно лишь для всего народного хозяйства. Себестоимость продукции отдельных предприятий при этом может возрастать.

Антонов, будучи авиаконструктором, приводит такой пример. Если завод, изготавливающий изделия для самолетов, уменьшит в них содержание металла на 10%, то их себестоимость увеличиться на 50%. А использование таких изделий в самолетостроении позволит создать самолеты с лучшими техническими характеристиками. Их эксплуатация окажется намного дешевле, и дополнительные затраты на более легкие изделия окупятся для государства уже в первый год. Выгода для народного хозяйства – колоссальная, но завод на это не пойдет. Он отчитывается перед Госпланом по валу, а уменьшение количества изделий с более высокой себестоимостью, естественно, переведет его в ранг отстающих предприятий. Коллектив лишится премий, руководителей вызовут на ковер, и т.д.

Наиболее пагубно показатели по валу и себестоимости влияют на усовершенствование оборудования. Ведь внедрение новых технологий требует всеобщего напряжения, затраты времени, средств. А стоимость нововведений окупится не сразу. Конечно, рано или поздно придется усовершенствовать технологии, не захочет сам трудовой коллектив, придет распоряжение «сверху». Но, согласитесь, одно дело, когда каждая производственная единица сама стремится развиваться на благо всего народнохозяйственного комплекса, а другое дело – когда заставляют сверху.

Рентабельность

К пагубным показателям Антонов также относил и рентабельность, которая вообще как показатель эффективности экономики применима только в рыночной экономике. Если общественное производство разобщено, т е. в основано на частной собственности, то каждый отдельных хозяйчик будет стремиться довести свое производство до совершенства, даже если его продукция не нужна обществу или даже вредна. Показатель рентабельности в этом случае – как раз то, что нужно. Для плановой экономики этот показатель играет ровно противоположную роль, ведь социализм должен исключать присущую капитализму анархию производства, если брать его в целом для общества. Если говорить о рентабельности, то это должна быть «рентабельность для общества», даже не только для народного хозяйства, ведь человек – мера всех вещей.

Если, как замечал Олег Константинович, раньше такие показатели как вал, себестоимость, рентабельность не могли навредить советской экономике, поскольку промышленность только развивалась, и ею можно было управлять административными мерами, то сейчас – нужно срочно менять подход. Все старые, доставшиеся советским экономистам из капитализма показатели эффективности работали на максимальную прибыль отдельного предприятия или монополии. Их дальнейшее использование станет тормозом развития социализма. Максимум, что возможно при использовании таких показателей – это вместо централизованной слаженной экономики получить «уездную» экономику и «волостное» планирование.

Какими должны быть социалистические показатели?

Отвечая на этот вопрос, проще начать от противного. Социалистические показатели не должны быть капиталистическими. Казалось бы – это очевидная истина, ведь именно ориентация на капиталистические показатели привела СССР к краху. Это еще в 60-х годах предсказывал Антонов в ряду других известных советских ученых – антирыночников, в случае если Госплан не перейдет на другие показатели. В частности, подчеркивая несостоятельность показателей по валу, себестоимости и рентабельности, он предлагал т.н. народнохозяйственные показатели (НХП). Их главный принцип в учете интересов всего народного хозяйства, а не отдельных его частей.

Например, вместо валового показателя, предлагался «полезный вал», т.е. вал с учетом качества. Скажем, должен учитываться только тот вал, который имеет надлежащее качество. Естественно, это не позволит увеличивать количество продукции в ущерб ее качеству. Более того, Антонов предлагал в отдельных случаях запретить повышать ежегодный план количественно, а повышать только качественно. Ведь в социалистическом обществе промышленность нужна для удовлетворения разумных потребностей человека, а не показателей (по сути, являющихся показателями прибыли).

Разработка НХП должна была стать делом всей экономической науки, но кое-что было удачно намечено и в данной его книге. В показателях не должно быть замкнутости, односторонности, ограниченности и незыблемости. Они должны с одной стороны обеспечивать максимум мобильности хозяйственной деятельности каждой конкретной единицы народного хозяйства, с другой – облегчить централизованный расчет плана в масштабах всей страны. Разные отрасли меряют свою продукцию по-разному: в метрах, тоннах, штуках, рублях. Важно, чтобы показатели были не столько количественными, сколько качественными. Антонов настаивал, что «за критерий годности основного показателя выполнения плана следует принять степень удовлетворения потребителя»[3]. Ориентация показателей на качество как раз и предполагает переход к единообразным показателям. Задача их определения должна быть не только делом Госплана или даже плановых отделов предприятий (которые все равно подчинялись Госплану), а и непосредственных исполнителей – рабочих и инженеров. Ни в коем случае не нужно смущаться, что у них нет специального экономического образования (как показало время, «кадровые» экономисты как раз поспособствовали переходу экономики СССР на рыночные рельсы).

Роль самоуправления в системе промышленного производства

Отношения «низов» и «верхов» в плановой экономике играет особую роль. Поскольку «естественный», т.е. капиталистический регулятор – рынок теряет свое значение, то многое начинает зависеть от человеческого фактора. Стремление «верхов» присвоить себе всю полноту власти вполне естественно, им так спокойнее. Местные органы власти, наоборот, хотели все сделать по-своему. Противоречие очевидно. Как же поступать? С одной стороны, если дать много полномочий «низам», грозит неразбериха, с другой стороны, естественное стремление «верхов» закрепить единые правила для всех, сделает план негибким.

Бурное развитие производительных сил требует гибкого плана с возможностью быстрой перестройки. Годовой план без возможности его изменений – это слишком большой срок . Экономическая ситуация изменяется намного быстрее, соответственно план должен это учитывать. Чем масштабнее народное хозяйство – тем труднее перестройка плана. Если же план не соответствует народнохозяйственным интересам, это выливается в несоответствие полученных результатов запланированным, подрывается доверие «верхов» к «низам»; «низы» видя бесполезность того, что они делают, и невозможности ничего изменить, тоже перестают доверять «верхам». Рушится не только система управления, а и уверенность масс в возможности успешного строитиельства коммунизма.

Где же выход? Очевидно, что «ручное» управление экономикой одним только Госпланом – бесперспективно. Во-первых, для упрощения обработки производственной информации Антонов предлагает использовать ЭВМ, ссылаясь на разработки киевских академиков А.И. Берга и В.М. Глушкова. Во время, когда писалась его книга, разработки общегосударственной автоматизированной системы управления экономикой были засекречены и посторонние не могли знать подробностей, но общая идея необходимости такой системы витала в воздухе. Для успешного внедрения такой системы нужно было изменить показатели планирования.

Необходимо повышение самостоятельности «низов» (не путать с децентрализацией). Самостоятельность должна выражаться не в обособленности предприятия и самостоятельности его на «социалистическом рынке», а в принятии решений. Необходимо уменьшить поток лишней информации, доходящей до «верхов», которую можно обработать на месте, приняв соответствующее решение. В конце концов, социализм – это творчество масс, и единовластие не должно сводится к управлению с помощью лишь группы людей.

Для эффективного управления производством нужна хорошая обратная связь. При капитализме – это прибыль. Но такая обратная связь неэффективна даже для капитализма в целом (сейчас хорошо видно, к чему привел этот «показатель»), при социализме же нужно было избавляться от всяких «экономических» обратных связей. Один из предлагаемых в книге видов обратной связи – повышение личной инициативы в соответствии с народнохозяйственными интересами. Здесь она самая непосредственная, поэтому самая эффективная.

НХП для производства предметов потребления и для сферы обслуживания

В книге этой проблеме уделен целый раздел. Видимо, Олег Константинович считал ее очень важной. В отличие от сферы производства промышленного назначения (производство средств производства), в сфере производства предметов потребления обратные связи должны быть куда тоньше и продуманней.

Антонов подметил одну важную особенность: с развитием производительных сил при социализме неизбежно повышаются потребительские запросы масс. Если раньше, в первые десятилетия социализма, обходились малым (большего просто не было), и для строительства коммунизма пока было достаточно революционной сознательности масс, то при определенном уровне развития производительных сил правильная организация потребления становится очень важной задачей социализма. «Повышение уровня жизни и благосостояния советских людей привели к переходу количества в качество. <...> существующая система планирования производства товаров народного потребления вошла в противоречие с ростом производительных сил»[4].

Сфера потребления – та область, где недостатки производства видны наиболее ярко и воспринимаются очень остро. Известно, что организационные недостатки этой сферы до сих пор любят вспомнить обыватели, ругая Советский Союз. Но даже для сторонников социализма эта проблема решается очень не просто. Массы, развращенные потребительством, неспособны на построение коммунизма, ведь для общества потребителей наиболее подходит товарное хозяйство, т.е. капитализм. С другой стороны аскетизм народа – тоже не решает проблемы. «Радикалы», к примеру, могут говорить, что нужно отбросить потребительство, как идею чуждую коммунизму. Но, ведь коммунизм должны строить не радикалы, а массы, а уповать на одну революционную сознательность масс недостаточно.

Что же предлагал Антонов? Обратная связь здесь – покупает или нет потребитель продукт, т.е. обычный баланс спроса и предложения. «Покупатель – неуправляемая величина в торговле, он всегда прав. <...> это явление для нашей торговой сети новое, к нему она оказалась неподготовленной»[5]. Как заставить покупателя покупать то, что есть? Поначалу пытались действовать по инерции, не особо интересуясь мнением покупателя. Действительно, в довоенный период и в первое десятилетие после войны любой товар, как только он появлялся, брали нарасхват. Такое потребление характерно для периода, когда социалистической экономикой можно было управлять ручными методами. Дальше нужно было или прибегнуть к рыночным методам, либо каким-то иным способом выяснять вкусы покупателя.

Антонов, как ни странно, предлагал здесь рыночные механизмы. В СССР часто складывались ситуации, когда полки были забиты не покупаемой продукцией, а предприятия продолжали ее выпускать, зная, что работают на склад. Всем это было очевидно, но в силу больших масштабов народного хозяйства и плохой согласованности его разных частей, нужно было пользоваться четко установленными показателями Госплана. Вне зависимости от особенностей каждой конкретной ситуации. А в этой отрасли экономики экономисты почему-то решили, что показателем эффективности должна быть суммарная цена всех выпущенных товаров. При капитализме (при условии успешной реализации) это была бы выручка от продажи с прибылью . Но в СССР товар сдавался в "товароприемники» торговой сети, а «наверх» шла бумага, что предприятие (пере)выполнило план, произведя продукции на столько-то рублей. Что будет с товаром потом – это не его дело, оно свои обязанности выполнило. Интерес такого предприятия – дать как можно больший денежный вал. Повышать качество продукции, вводя новое дорогое оборудование – противоречило его выгоде.

«Наверху» не всегда спешили менять показатели, там как и там было немало работников, не желавших лишних проблем. Но и те плановики, которые сознавали необходимость новых подходов в планировании, в силу инертности бюрократического аппарата, не могли или не поспевали перестраивать его методы. Да и полного понимания ущербности таких показателей не было. Таких людей, как Антонов – которые были марксистки грамотными и видели ситуацию изнутри, было не так уж много. Дискуссии о показателях повышения производительности труда и о совершенствовании управления и планирования экономики продолжались, но сторонников рыночных методов было больше.

В сфере потребления Антонов предлагал, чтобы предприятия непосредственно от заказчика получали деньги за изготовленные товары. «Предприятие, производящее товары народного потребления, должно существовать только на выручку от продажи своих товаров. Оно должно торговать своими изделиями через фирменные магазины или через посредников, если последние возьмутся на таких же чисто коммерческих началах. Всякое командование в этом деле должно быть исключено не только потому, что оно наносит ущерб народному благосостоянию, но и потому что оно в своей сущности противоречит коренным принципам и целям социализма и коммунизма»[6].

Несомненно, он прекрасно понимал пагубность рыночных механизмов в социалистической экономике. Поэтому он всячески подчеркивал, что сфера рыночных механизмов должна присутствовать только в сфере производства предметов потребления и для сферы обслуживания, в то время, как экономисты-товарники ввели потом рыночные механизмы во всем народнохозяйственном комплексе. Похожий принцип предлагал известный советский философ-марксист Э.В. Ильенков: четко разграничить рыночную и нерыночную сферу. (Пока сохраняются товарно-денежные отношения – это, похоже, единственный способ «продержаться». Пока не создана материальная база коммунизма, мы вынуждены мириться с недостатками) [7].

Неизвестно, надолго ли предлагал такие «чисто коммерческие» методы Антонов, поскольку он был практический человек и давал ответы на злободневные вопросы, понимая, что такие меры есть своеобразным отступлением. Уже одно это не должно давать повод подозревать его в непонимании. Если такая обратная связь приведет к повышению личной ответственности производителя (а еще лучше, чтоб покупатели лично знали производителей), то она вполне годилась в данной конкретно-исторической ситуации. Он не боялся таких мер еще потому, что субъект производства – советский народ – имел тогда очень высокий уровень сознательности, а эта неэкономическая категория много значит для экономики социализма. Нужно только доступно рассказать широким массам что здесь – социализм, а здесь – пережитки капитализма. Остальное – дело борьбы.

Доверие к массам также должно выражаться в доверии к их вкусу в потреблении. Мода при социализме носит свои особенности, и отличается от капиталистической моды. Далеко не всегда модными будут дорогие товары. Часто бывало, что дорогие товары залеживались в магазинах, а дешевые – раскупали. При том, что дорогие товары предприятиям производить было выгоднее (если отчет перед Госпланом был по денежному валу). Худсоветы на предприятиях, которые отвечали за эстетику и эргономику продукции, часто были далеки от вкусов народа. «Худсоветы голосуют поднятием рук, покупатель – рублем», ничего здесь не поделаешь. <...> Не бойтесь, товарищи, народного вкуса. У подавляющего большинства трудящихся здоровый, даже тонкий вкус. <...> Другое дело воспитание вкуса в народе путем создания и демонстрации лучших образцов. Предложение красивых, удобных, рациональных и, следовательно, современных вещей и изделий создаст и спрос на них»[8].

О стимулирование труда

Антонов разделял три группы стимулирования для повышение производительности труда:
1) – растущая сознательность советского человека (это есть внутренняя потребность нового человека);

2) – дисциплина, чувство ответственности (это воздействие социалистического общества на индивида). Олег Константинович считал, что этот группа стимулов частично, хоть и не всегда, связанны с материальной заинтересованностью;

3) – прямая материальная заинтересованность.

Автор считал, что второй и третьей группе присущи расхождения с интересами общества. Наиболее опасна – третья группа. Однако использование материальной заинтересованности угрожает не только развращением народа. Она может навредить самому производству. Но может и помочь. Поэтому нужно четко понимать сферу и рамки ее применимости. «Система материальной заинтересованности действует только через учет результатов трудовой деятельности с помощью тех или иных показателей. От того, каковы эти показатели, от их структуры, зависит совпадение или несовпадение материальной заинтересованности с высокими моральными побуждениями трудящихся»[9]. Понятное дело, что если очевидна неэффективность дела вследствие неправильных показателей, данных Госпланом, то у рабочего будет складываться привычка работать «абы как», лишь бы платили. Потом это будет выливаться в «халтуру» ради выполнения плана, следовательно – получения премии.

Но сами по себе премии могут приносить большой эффект. Антонов предлагал выдавать премии только из реальных дополнительных ресурсов, созданных в народном хозяйстве трудом премированных. При этом можно даже отменить верхний лимит, чтоб не сдерживать личной инициативы. Возможно, для своего конкретно-исторического момента Антонов был прав, ведь реальная выгода для народного хозяйства намного больше, чем выплата премии рабочему. Если премирование позволит задать форсированные темпы роста материальной базы коммунизма, то материальное стимулирование в определенных сферах «не успеет» оказать пагубного влияния на сознание рабочих, особенно если учесть, что сознание всегда отстает от развития производительных сил. Главное – добиться совпадения всех стимулов, тогда материальное стимулирование только сыграет ему на руку.

Что же предлагали экономисты?

В частности, Антонов в этой книге полемизировал с Я. Кронродом и И. Можайским по поводу их статьи «Что же главное?». Главным для товарищей-экономистов оказалось повышать материальное стимулирование во всем во имя действующих показателей. Любой из показателей, как они утверждали, при этом будет служить народному хозяйству. Они предлагали коренное изменение всей системы материального стимулирования, что послужит «решающим условием подъема эффективности деятельности каждого отдельного предприятия и всего социалистического производства». Вот так просто, одним махом, советские экономисты предлагали решить сложные проблемы.

Больше всего Антонова возмущало, что в предлагаемых ими мерах не было ни слова о качестве продукции, ее надежности, долговечности, прогрессивности, и т.д. «И если в результате такого форсированного стимулирования длинным рублем, возможно, вначале даже возрастет сумма прибылей в промышленности в целом, то в ближайшие годы наступит полных крах.

«Прежде всего нужно добиться, чтобы материальное стимулирование действовало вдоль, а не поперек народнохозяйственным интересам. И в этом главное! Стоило 47 лет строить социализм, бороться, приносить огромные жертвы, чтобы прийти к... длинному рублю?!» 1.

Выступления Кронрода и Можайскогo и их сторонников показали насколько далеки были многие экономисты от понимания действительных, очень сложных проблем развития социалистической промышленности и механизмов достижения партийных задач по построению материальной базы коммунизма. Профессиональные экономисты, как серьезно шутил Антонов, пытались «указывать нам дорогу вперед, пятясь задом, со взором, устремленным в прошлое» 2, в то время, как самые прогрессивные экономические идеи высказывали в то время в основном неэкономисты: Антонов, Глушков, Ильенков 3, Че Гевара 4.

Очевидно, что намного важнее в этом деле быть революционером, т. е. хорошо владеть марксизмом. На самом деле революционер – это в первую очередь человек владеющий передовой теорией, соответственно занимающийся передовой деятельностью в любой сфере и несущий соответственные идеи в массы.

Не случайно в завершении книги Антонов приводит слова Маркса о том, что «идеи, овладевшие массами, становятся материальной силой». Говориться это в контексте мысли, что до преодоления разделения труда рабочий класс должен руководствоваться революционной теорией – той самой, которая ведет к снятию разделения труда. Оружием рабочего класса могут и должны стать идеи улучшения планирования, им должны быть известны все новейшие методы, чтоб они сами их оценивали, вводя на местах и контролировали начальство. Антонов надеялся, что НХП став достоянием широких масс, станут материальной силой. В противном случае не помогут ни пропаганда, ни агитация, ни приказы. «Что может сделать воспитательная работа, проводимая на собраниях и лекциях, литературой, кино и живописью, если в своей трудовой практике советский человек порой принуждается к неуклюжим «показателям» к действиям, противоречащим его совести, пониманию общественной пользы» 5.



[1] Там же.

[2] Антонов О. К. «Для всех и для себя. О совершенствовании показателей планирования социалистического промышленного производства». М., Экономика, – 1965. – С. 75.

[3] Там же, с. 175.

[4] Там же, с. 231.

[5] Там же, с. 234.

[6] Там же, с. 240.

[7] Здесь, по моему мнению, сказалась непоследовательность обоих ученых в подходе к проблеме преодоления товарности в социалистической экономике. Ведь развитие различных подразделений или отраслей производства «по двум параллельным рельсам», принципиально различным по своему социально-экономическому содержанию, приведет не к усилению общекоммунистических начал в экономике, а к диффузии и консервации в ней товарности. Считаю, что это тема для отдельной дискуссии, для которой наш журнал охотно предоставит свои страницы. – гл. ред. «МиС».

[8] Там же, с. 234.

[9] Там же, с. 124.

Категория: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ | Добавил: Редактор (02.05.2012) | Автор: А. Самарский
Просмотров: 1077
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск по сайту
Наши товарищи

 


Ваши пожелания
200
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Корзина
Ваша корзина пуста
Категории раздела
ВОПРОСЫ ТЕОРИИ [50]
ФИЛОСОФСКИЕ ВОПРОСЫ СВОБОДОМЫСЛИЯ И АТЕИЗМА [10]
МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА: СОСТОЯНИЕ, ПРОТИВОРЕЧИЯ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ [10]
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ [18]
КОММУНИСТЫ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ [64]
РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ [35]
ОППОРТУНИЗМ: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ [59]
К 130-ЛЕТИЮ И.В. СТАЛИНА [9]
ПЛАМЕННЫЕ РЕВОЛЮЦИОНЕРЫ [17]
У НАС НА УКРАИНЕ [3]
ДОКУМЕНТЫ. СОБЫТИЯ. КОММЕНТАРИИ [9]
ПУБЛИЦИСТИКА НА ПЕРЕДНЕМ КРАЕ БОРЬБЫ [8]
ПОД ЧУЖИМ ФЛАГОМ [3]
В ПОМОЩЬ ПРОПАГАНДИСТУ [6]
АНТИИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКАЯ БОРЬБА [4]
Малоизвестные документы из истории Коминтерна [2]
К 150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ И.В. СТАЛИНА [1]
К 150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ И.В. СТАЛИНА
К 100-ЛЕТИЮ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ [1]
К 100-ЛЕТИЮ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ
К 100-ЛЕТИЮ СОЗДАНИЯ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА [0]
К 100-ЛЕТИЮ СОЗДАНИЯ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА
ДИСКУССИОННЫЕ ВОПРОСЫ [0]
ДИСКУССИОННЫЕ ВОПРОСЫ
Интернет-магазин

Прайслист


Номера журналов "МиС", труды классиков МЛ, философия, история.

Точка зрения редакции не обязательно совпадает с точкой зрения авторов опубликованных материалов.

Рукописи не рецензируются и не возвращаются.

Материалы могут подвергаться сокращению без изменения по существу.

Ответственность за подбор и правильность цитат, фактических данных и других сведений несут авторы публикаций.

При перепечатке материалов ссылка на журнал обязательна.

                                
 
                      

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz